Документы прошлого

НАСЛЕДНИКИ ИРОДА

 

Наш современник

С вертолётной высоты центральная историческая часть Калуги смотрится в виде креста, образованного пересечением с юга на север улицы Ленина и с запада на восток – улицы Дзержинского. «Крест» заключён в круге кольцевого маршрута троллейбуса № 3. На узловом перекрестии перед торцевым фасадом здания бывшего пединститута полвека тому назад стояло изваяние Сталина, одетое в полураспахнутую шинель из мраморной крошки. Деятельность Сталина не имела прямого отношения к нашему городу, зато опосредованное отношение имел Дзержинский; ему было бы по праву занять это видное место. Но зодчие ограничились памятной доской на противоположном углу перекрёстка: улица названа в честь первого председателя ВЧК ПУ потому, что на ней в разное время располагались два служебных и одно жилое здания губернского, районного и, первоначально, областного отделов ведомства, руководимого Ф. Э. Дзержинским.

Полвека назад был осуждён культ Сталина, но почитание железного Феликса не прекращается и возрастает с началом ХХI века. Чекисты яростно сжимают рукоять своего символического меча при воспоминании об августовской ночи 1991 года в Москве, когда крюк подъёмного крана снял с пьедестала бронзовую фигуру в шинели до пят. Красивая голова родовитого шляхтича (Феликс Эдмундович родился в имении Дзержиново Ошмянского уезда Виленской губернии) впервые склонилась перед толпой, как бы прося прощения или просто прощаясь. Ликование москвичей было чревато страшной бедой, когда бы, не приведи бог, раздался провокаторский клич к погрому советской Бастилии - толпа есть толпа. Дом на Лубянке уцелел, сохранив ностальгию по своему первому хозяину. В недавней телепередаче «К барьеру!» шёл спор по поводу требования думского полковника ГБ Харитонова восстановить в Москве памятник Дзержинскому. Рейтинговую победу одержал полковник в штатском. Документы, аргументы и факты, которыми оперировал Б. Немцов, в очередной раз не устояли перед напором мифов и стереотипов большевистской пропаганды. Помимо неприязни к демократу, симпатия взрослого населения к первому чекисту подпитывается современной ориентацией на экономику, как на главную политику и существующим раскладом сил в правящей элите: защитник беспризорных детей Дзержинский, оказывается, способствовал укреплению демографии, а Дзержинский на посту председателя ВСНХ был ярым поборником рыночной экономики! Актуально нынче и то, что управленческий аппарат Всероссийского совета народного хозяйства при Феликсе Эдмундовиче не знал воровства и коррупции, так как был сформирован из людей с холодной головой, горячим сердцем и чистыми руками. Таких товарищей рядом с собой опасался даже товарищ Сталин, поскольку ранее не служил в их тайном ведомстве. Потому время от времени велел им ставить друг друга к стенке.

«Юноше, обдумывающему житьё, мечтающему, сделать бы жизнь с кого, скажу, не задумываясь: делай её с товарища Дзержинского».

Сказал, правда, не задумываясь, да в том ли была суть? «Профессиональная ориентация» юношей и юниц ярко выразилась и без агитатора, горлана, главаря. Публицист Михаил Кольцов, сидевший за рулём открытого грузовика с гробом застрелившегося поэта, уже за три года до похорон сделал боевой смотр армии дзержинцев в своей книге «Сотворение мира» (1927):

«ГПУ теперь опирается на самые широкие круги населения, какие можно себе представить. Не сорок, не шестьдесят, не сто тысяч человек работают для ГПУ. Какие пустяки! Миллион двести тысяч членов партии, два миллиона комсомольцев, десять миллионов членов профсоюза, итого – свыше тридцати миллионов по самой-самой меньшей мере (жёны рабочих, вся Красная Армия, кустари, бедное крестьянство, середняки…) составляют реальный актив ГПУ. Если взяться этот актив уточнить, несомненно, цифра возрастёт вдвое». Для участия в аресте восторженного автора понадобилось двое понятых из числа энтузиастов…

Калуга продолжает нести на себе крест той эпохи, которую безоговорочно я называю советским фашизмом.

 

Чего не умело гестапо

Семьдесят лет назад творческая интеллигенция, в первую очередь поэты-песенники и композиторы, выполняя социальный заказ, наперебой варьировали тему, заданную великим вождём и отцом всех народов: «Жить стало лучше, товарищи, жить стало веселее» (нечто подобное было недавно показано в процентах и цифрах). Пионерские песни 30-х годов не звучат в субботних элегических передачах Виктора Татарского на радио России. Песни сталинских лет вообще не считаются архивными документами. Их стыдятся, как чего-то неприличного, будто нашкодничали в детстве и прячут концы в старости. Я же люблю их петь со свирепым, мазохистским наслаждением. Вот слова одной – в качестве эпиграфа к заявленной теме:

 

Вся страна ликует и смеётся,

И весельем все озарены,

Потому что радостно живётся

Детям замечательной страны.

Припев:

О детстве счастливом, что дали нам,

Весёлая песня, звени!

Спасибо великому Сталину

За наши чудесные дни.

 

В том же 1937, песнями богатом, родилось следующее, так сказать, альтернативное прозаическое произведение для служебного пользования. Строго секретно. Адресовано активистам из числа лиц, названных Мих. Кольцовым.

 

А вот, никогда не звучавший по радио, оперативный приказ Наркома госбезопасности Н. И. Ежова № 00486 от 15 августа 1937 года (в кратком изложении).

 

О репрессировании детей врагов народа

Подготовка операции.

Она начинается с тщательной проверки каждой семьи, намеченной к репрессированию. Собираются дополнитель­ные компрометирующие материалы. Затем на их основа­нии составляются а) общая справка на семью...; б) отдель­ная краткая справка на социально опасных и способных к антисоветским действиям детей старше 15-летнего воз­раста; в) именные списки детей до 15 лет отдельно до­школьного и школьного возраста.

Справки рассматриваются наркомами внутренних дел республик и начальниками управлений НКВД краев и областей. Последние: а) дают санкции на арест и обыск жен из­менников родины; б) определяют мероприятия в отноше­нии детей арестуемой.

Производство арестов и обысков.

Аресту подлежат жены, состоящие в юридическом или фактическом браке с осужденным в момент его ареста. Аресту подлежат также и жены, хотя и состоявшие с осужденным к моменту его ареста в разводе, но причаст­ные к контрреволюционной деятельности осужденного, ук­рывавшие его, знавшие о контрреволюционной деятельнос­ти, но не сообщившие об этом органам власти. После про­изводства ареста и обыска арестованные жены осужден­ных конвоируются в тюрьму. Одновременно, порядком, указанным ниже, вывозятся дети.

Порядок оформления дел.

На каждую арестованную и на каждого социально опас­ного ребенка старше 15-летнего возраста заводится след­ственное дело. Они направляются на рассмотрение Особо­го совещания НКВД СССР.

Рассмотрение дел и меры наказания.

Особое совещание рассматривает дела на жен измен­ников родины и тех их детей, старше 15-летнего возрас­та, которые являются социально опасными и способными к совершению антисоветских действий. Социально опасные дети осужденных, в зависимости от их возраста, степени опасности и возможности исправления, подлежат заклю­чению в лагеря или исправительно-трудовые колонии НКВД, или выдворению в детские дома особого режима Наркомпросов республик.

Порядок приведения приговоров в исполнение.

Осужденные социально опасные дети направляются в лагеря, исправительно-трудовые колонии НКВД или в дома особого режима Наркомпросов республик по персональным нарядам ГУЛАГа НКВД для первой и второй групп и АХУ НКВД СССР — для третьей группы.

Размещение детей осужденных.

Всех оставшихся после осуждения детей-сирот разме­щать: а) детей в возрасте от 1 —1,5 лет до 3-х полных лет в детских домах и яслях Наркомздравов республик в пунктах жительства осужденных; б) детей в возрасте от 3-х полных лет и до 15 лет — в детских домах Наркомпро­сов других республик, краев и областей (согласно установленной дислокации) и вне Москвы, Ленинграда, Киева, Тби­лиси, Минска, приморских и пограничных городов. В отно­шении детей старше 15 лет вопрос решать индивидуально.

Грудные дети направляются вместе с их осужденными матерями в лагеря, откуда по достижению возраста 1—1,5 лет передаются в детские дома и ясли Наркомздравов республик. В том случае, если сирот пожелают взять род­ственники (не репрессируемые) на свое полное иждивение — этому не препятствовать.

Подготовка к приему и распределению детей.

В каждом городе, в котором производится операция, специально оборудуются приемно-распределительные пун­кты, в которые будут доставляться дети тотчас же после ареста их матерей и откуда дети будут направляться затем по детским домам.

Начальники органов НКВД, пунктов, где расположены детские дома Наркомпросов, совместно с заведывающими или представителями ОБЛОНО производят проверку пер­сонала домов и лиц, политически неустойчивых, антисо­ветски настроенных и разложившихся — увольняют. Вза­мен уволенных персонал домов доукомплектовывается про­веренным, политически надежным составом, могущим вес­ти учебно-воспитательную работу с прибывающими к ним детьми.

Порядок отправки детей в детские дома.

Детей на приемно-распределительном пункте прини­мает заведывающий или начальник детского приемника и специально выделенный спецработник (работница) УГБ. Каждый принятый ребенок записывается в специальную книгу, а документы его запечатываются в отдельный кон­верт. Затем дети группируются по местам назначения и в сопровождении специально подобранных работников от­правляются группами по детским домам Наркомпросов, где и сдаются вместе с их документами заведывающему под личную расписку. Дети до трех лет сдаются лично заведывающим детскими домами или яслями Наркомздравов под их личную расписку. Вместе с ребенком сдается и его свидетельство о рождении.

Наблюдение за детьми осужденных.

Наблюдение за политическими настроениями детей осужденных, за их учебой и воспитательной жизнью возлагается на наркомов внутренних дел республик, начальников управлений НКВД краев и областей».

 

Факт истории. Узнав о расстреле главного германского коммуниста Эрнеста Тельмана в Бухенвальде, Гитлер приказал разжаловать начальника лагеря в солдаты и отправить его на Восточный фронт. «Немец немца не убивает» – сказано было при этом. Толко русские способны истреблять себе подобных сотечествеников. В том числе своих детей, чтобы через десятки лет проявить правительственную заботу о «материнском капитале».

 

Артек и Детлаг

Солнечным воскресным днём Нинель Мониковская - ученица одной из городских школ г. Калинина (Твери) участвовала в областном конкурсе чтецов – исполнителей лермонтовских произведений в связи с празднованием столетия смерти поэта (тогда широко отмечались не дни рождений, а смертные даты – Ленина, Пушкина, Радищева, Лермонтова и других великих). Девочка с чувством продекламировала «Песню про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова», заслужив первое призовое место и получив путёвку в Артек.

Всесоюзная детская здравница вблизи крымского Гурзуфа (открыта в 1925) принимала у себя, наряду с лучшими пионерскими активистами, и юных победителей самых различных конкурсов республиканского, краевого и областного значений.

Нинель Мониковская не получила заветный пропуск лишь потому, что днём её триумфа было воскресенье 22 июня 1941 года.

Осенью же 1943 г. по приговору военного трибунала Московского ВО была приговорена к расстрелу «за измену Родине» Варвара Ивановна Мониковская, а её дочь Нинель – к десяти годам тюремного и лагерного заключения «за недонесение органам НКВД о враге нарда». Нинель Петровна отбыла срок наказания от звонка до звонка. Ныне она возглавляет калужскую организацию жерв политических репрессий. Она вспоминает:

- В Карлаге возле Караганды у нас был лагерный пункт «Долинка», его называли «лагпункт матушкин», где содержались женщины с малыми детьми, а также роженицы, особо преследуемые начальством – рожать зэчкам не дозволялось. Мать могла кормить ребёнка не более двух лет, затем дитя у неё отбиралось в детдом или, как его ещё называли, детлаг. Кормящих матерей выгоняли на каторжную работу. В Джесказгане я знала матерей, живших в общем бараке, которых выводили в «маточник» два раза за ночь, чтобы они дали грудь или соску с жвачкой своим грудничкам…

Из актов обследования детских домов по жалобам и заявлениям ряда местных органов наробраза (1931-38) в Совнарком и ЦК ВКП(б) – секретно:

… Ночная няня ведёт среди детей контрреволюционную агитацию, разговоры о том, что детям живётся плохо и делится воспоминаниями о семье.

… Утром детям дают на завтрак воду и 100 граммов хлеба, в обед – суп из картофеля, вечером – 100 граммов хлеба. Посуды нет, ложек не хватает, едят по очереди. Иногда на ужин добавляют сто граммов соленого огурца. Топлива не подвезено ни одного кубометра. Нет ни одной пары годной к носке обуви. Хром, выделенный на пошивку обуви, ушёл на куртки директору и его жене, и на сапоги отдельным сотрудникам.

… Дети сидят на грязных койках: семь коек на 38 детей. Играют в карты, нарезанные из портретов вождей, курят, дерутся, ломают решётки на окнах (Детколлектор имени Луначарского в Свердловске).

Свидетельствует Наталья Носкова, бывшая воспитанница 1-го детдома в уральском г. Богословске:

- Во-первых, были составлены списки, и каждому воспитаннику был дан свой номер; у меня на белье был номер 883. Нам никак нельзя было цепляться за память о потерянных родителях. Была одна цель, как бы выжить, избежать наказания от воспитателей.

У 13-летней Наташи Носковой к началу 1937 года из родителей нет в живых никого. Она из семьи сосланных крестьян. Отца завалило в шахте. Четверо детей стали жить на единственный паёк матери, перешли на подножный корм в тайге вокруг спецпоселения. Мать, работавшая на раскорчёвке леса, пошла в больницу за семь километров, по дороге упала и умерла. Дети узнали о её смерти через неделю, а через две недели их отдали в детдом; это было в 1933-м. Дом размещался в бараке дореволюционной постройки, предназначавшийся под летнюю тюрьму. Девчонки теснились вокруг единственной железной «буржуйки», пекли на ней мороженую картошку. У старшей девочки Носковой Ани нечаянно загорелось ветхое домашнее платье, казённого не выдавали. Аню наказали за неосторожность, и она целыми днями, прячась, сидела в уголке нар, закутавшись в мешковину. В феврале заболела, к весне умерла. Наташа болела полгода; когда возвращалось сознание, помнит: над ней склоняется чужое лицо и она слышит: «Эта должна оклематься, а соседку бог прибрал». Наташа поворачивает голову и видит мёртвой свою пятилетнюю сестрёнку Маню. Наташа ещё как бы слышит её голосок: «Няня, не бейте меня, я и так мало ем хлеба…»

Братику Лёне было три года; он умер зимней ночью тихо. Без плача. Его завернули в тряпицу и зарыли в снегу поблизости от промёрзшего барака. По большей же части детские остекляневшие трупики складывались в сарае и по весне сжигались.

Страна с лагерной экономикой поглощает жизни родителей и воспроизводит всё новых и новых сирот.

 

Компрачикосы советского средневековья

Компрачикосы (исп). – в Испании, Англии и др. странах Зап. Европы в 13 –17 в. покупщики и похитители детей с целью превращения их в уродов для продажи в бродячие балаганы и феодальные замки в качестве шутов или акробатов (Словарь иностранных слов).

 

Детдомовцы – самый беззащитный человеческий материал и потому самый подходящий для идеологической обработки. Ребятишек заставляют учить историю партии и Октябрьской революции в организованных кружках, участвовать в так называемых «политбоях» и антирелигиозных представлениях. Заведующий детдомом делится опытом на методической конференции:

- Силами детей и педагогов у нас создан шалаш Ленина в Разливе. Голвешки от костра – натуральные, и каждый вечер дети сидят полчаса молча перед шалашом. С воспитанниками регулярно проводятся беседы о жизни детей у нас и в царской России, а также за границей.

В акте медико-санитарного обследования этого дома при ленинском шалаше указано: «Среди детей трое больных костным туберкулёзом, два случая сифилиса кризисной стадии, три случая глубокой умственной отсталости, десять больны трахомой, у шести человек чахотка, все дети малокровны».

К счастью, не всех удалось сделать физически уродливыми и умственно отсталыми. Многие малолетние узники сталинских лагерей, ставшие взрослыми людьми, не забыли погибших и замученных бывших сверстников. Они не могли и не могут простить главных палачей страны Советов – Ленина, Сталина, их подручных. Верю: их ждёт суд народов, когда минует его нынешнее беспамятство и нравственное безразличие, пока ещё пестуемое наследниками большевистских компрачикосов.

 

Статистика варварства

От комиссии по реабилитации жертв политических репрессий в 30 – 50 годах ХХ века.

 

По состоянию на 4 августа 1938 года у репрессирован­ных родителей было изъято 17 355 детей и намечалось к изъятию еще 5 000 детей. 21 марта 1939 года Берия сообщал Председателю СНК Молотову о том, что в исправительно-трудовых лагерях у заключенных матерей находится 4500 де­тей ясельного возраста, которых предлагал, ссылаясь на установленный ранее порядок, изъять у матерей и впредь придерживаться подобной практики. Детям присваивать новые имена и фамилии.

Дети врагов народа, социально опасные дети или, по-другому, члены семей изменников Родины (ЧСИР) появились отнюдь не в начале 1937-го, а сразу же после прихода большевиков к власти. Детский расстрельный реестр следует начинать с уничтожения царской семьи в ночь с 16 на 17 июля 1918 года в подвале Ипатьевского дома в Екатеринбурге. Расстрел царя и его детей одобрило правительство Ленина. Потом оно одобрит еще миллионы убийств. Узнав от Свердлова о кровавой расправе, Троцкий спросил: «Кто решал?» Свердлов ответил: «Мы здесь решили. Ильич считал, что нельзя оставлять им живого знамени, особенно в нынешних трудных условиях».

Лиха беда – начало. В 1919 г. в Петрограде расстреляли родственников офицеров 86-го пехотного полка, перешедшего к белым, в том числе и детей. В мае 1920 г. газеты сообщили о рас­стреле в Елисаветграде четырех девочек 3—7 лет вместе со старухой - матерью одного офицера. «Городом мертвых» называли в 1920 году Архангельск, где чека расстреливало детей 12—16 лет.

Активно использовалась большевиками практика дет­ского заложничества в борьбе против крестьян, пытавшихся оказать сопротивление аграрно-крестьянской политике ре­жима в 1918—1922 годах. С осени 1918 г. началось созда­ние концентрационных лагерей, большинство узников кото­рых составляли члены семей «бунтовщиков», взятых в каче­стве заложников, включая женщин с грудными детьми.

За детьми Николая II пос­ледовали в разные годы дети тех, о ком Свердлов сказала «Мы тут решили». Были расстреляны два сына Рютина, сын Зиновьева, два сына Каменева, убиты сыновья Троцкого, многие дети других красных вождей. Меч возмездия?

Общее число ликвидированных по всей стране в 30— 40-е годы крестьянских хозяйств превысило пять милли­онов. С учетом того, что крестьянские семьи состояли, в среднем, из 5—7 человек, среди которых половина были дети, можно представить масштабы государственного детоубийства.

Не щадив подрастающее поколение «титульной нации», большевистские интернационалисты сгубили в концлагерях, в общей сложности, миллионы детей и подростков - украинцев, белорусов, поляков, немцев, чеченцев, калмыков, ингушей, карачаевцев, балкарцев, крымских татар, болгар, греков, армян, турок-месхетинцев, курдов, эстонцев, латышей, литовцев. На апрель 1945 года в Казахстане, Киргизии и Узбекистане оказалось 34 700 де­тей-карачаевцев моложе 16 лет. В Узбекистан привезли 46 000 детей из Грузии. В первые годы жизни на новых мес­тах смертность среди переселенцев достигала 27 процентов в год, в основном это были дети.

Закончилась Отечественная война, но Сталин не закончил войну с нардом. В 1949 году министр внутренних дел СССР Круглов док­ладывал Сталину, что его ведомство усилило режим высе­ленцев и переселенцев, особенно по трудоиспользованию и надзору. Он сообщил также, что на учете в органах МВД всего (вместе с членами семей) состоит 2 562 830 выселен­цев и спецпоселенцев. А шел уже пятый послевоенный год, Еще через пять лет, в марте 1954 года (через год после смер­ти Сталина), Министерство внутренних дел СССР сообща­ет Маленкову и Хрущеву: на спецпоселении в настоящее время находится 2 819 776 человек, в том числе детей, не до­стигших 16-летнего возраста, — 884 057 человек.

 

ЕГЭ без нравственных оценок

Я перелистываю новейшие учебники по истории для старшеклассников общеобразовательных школ. Книги написал доктор исторических наук, профессор Н. В. Загладин. Перебираю в руках карточки с тестами единого госэкзамена по отечественной истории. Широта охвата эпох поражает, глубина предлагаемых ученикам вопросов с вариантами ответов – на уровне эрудиции самого профессора. Что можно найти по затронутой в этих заметках теме?

Ни-че-го.

Преподаватели истории уводят разговор в рассуждения о «взвешенности», «объективности», «сослагательном наклонении»… Встретился однако и довольно внятный, хотя и общий ответ:

- видите ли, история относится к числу наук очень субъективных и дискуссионных. Историю делают люди и пишут люди. А что касается архивного документа, то это лист бумаги, на которой написаны некие символы. Когда бумага становится историческим документом? Когда его интерпретируют. Например, о событиях 1917 года можно сказать так: восставший народ свергнул ненавистное правительство и установил царство добра и справедливости. А можно и так: восставшая чернь свергла законное правительство и установила царство хаоса и террора. Это зависит от того, кто как смотрит на события. Вы говорите о страшном количестве жертв. Но ведь весь двадцатый век вообще один из самых страшных периодов человеческой истории. Кого винить за это? Сейчас модно всё вешать на большевиков, во всём их обвинять. Но если мы посмотрим историю других стран или историю нашего18 века, то ведь сколько народу полегло при Петре Первом. А при Иване Грозном? Надо сказать, что школьники не очень копаются проблемах, ребята воспринимают исторические события на эмоциональном уровне: вот мы побили татар. Вот побили псов-рыцарей… Понимаете?

Как не понять…

… На макушке креста из двух культовых улиц, но вне окольцевавшего их круга возвышается фигура человека, которого его соратники называли «мыслящей гильотиной». Ирод ХХ века простёр над городом бронзовую длань:

- Верной дорогой идёте, товарищи!

 

Константин АФАНАСЬЕВ

в оглавление

 

Π˜ΡΠΏΠΎΠ»ΡŒΠ·ΡƒΡŽΡ‚ΡΡ Ρ‚Π΅Ρ…Π½ΠΎΠ»ΠΎΠ³ΠΈΠΈ uCoz